В Африке у многих простых людей нет счета в банке, но есть мобильный, с которого они и оплачивают свои счета. На фото – один из офисов M-Pesa в Кении, поставщика платежных услуг для абонентов мобильного оператора.

Мир, в котором не будет наличности, лишь вопрос времени. Вероятно, финансовая система будущего сформируется из множества элементов: это и платежные системы интернет-концернов, и приложения финтех-стартапов на базе банковской инфраструктуры, и криптовалюты, такие как биткоин.

Новый мир денег находит много сторонников: это не только либертарианцы, жаждущие ограничить влияние государства и его центральных институтов, таких как эмиссионные банки, но и прежде всего инвесторы и предприниматели. Последние рассчитывают, что перестройка финансовой системы в духе новых идей благотворно скажется на их бизнесе.

О недостатках старой системы известно всем. Главный вопрос в другом: ограничатся ли перемены так называемыми мобильными платежами с дигитализацией платежного оборота или же изменится природа самих денег? Тогда процесс трансформации может привести даже к формированию принципиально новой, децентрализованной финансовой системы, а возможно, и к появлению глобальной софтверной валюты вроде биткоина.

Для экономистов деньги – средства обмена, о которых люди смогли договориться в тот или иной период. Сегодня наличные деньги самостоятельной ценностью больше не обладают. К тому же основная часть денег существует только в журналах банков, они имеют возможность ссуживать своим клиентам в разы больше, чем получают в виде депозитов. Это чисто виртуальные деньги, которые могут исчезнуть так же быстро, как появились.

«Наличные в условиях высокоразвитой экономики излишни», – говорит главный экономист Citygroup Виллем Буитер. Гораздо эффективнее было бы перевести платежный оборот на электронные рельсы.

Кредитные карты – тоже решение переходное; уже скоро мы будем расплачиваться с помощью мобильников. По всему миру так называемые финтех-стартапы разрабатывают пользовательские приложения, позволяющие ускорить и удешевить денежные переводы. Деньги можно отправлять с мобильника на мобильник без всяких международных номеров банковского счета. Если такие финансовые приложения получат широкое распространение, банки деградируют до статуса чисто инфраструктурных предприятий, аналогичных операторам телефонных сетей.
Не только в Африке, где у многих простых людей нет счета в банке, но есть мобильник, и не только в Китае с его любовью к техническим новинкам, где 70% пассажиров такси расплачиваются за поездку с помощью смартфона, но и в США набирают популярность платежные системы «от нашего стола – вашему столу». Молодые американцы, в основном в возрасте до 25 лет, могут попросить в ресторане общий счет, а потом поделить между собой сумму, перекинувшись «денежными эсэмэсками» или сообщениями в мессенджере.

Интернет-концерны морально готовы к тому, что радикальные изменения в платежном поведении масс произойдут не в одночасье. «У нас хватит терпения, мы рассматриваем это как долгосрочный проект, – говорит директор по маркетингу AndroidPay концерна Google Шерис Торрес. – Но так же, как сегодня люди не выходят из дома без своего смартфона, через несколько лет они не смогут вспомнить, что когда-то им приходилось таскать с собой кошелек».

Терпением придется запастись всем: интернет-концернам, стартапам, венчурным фондам, которые захотят зарабатывать на дигитализации финансовой индустрии. Такие вложения предполагают еще и серьезную готовность рисковать, особенно когда речь идет не только о разработке систем мобильной оплаты, но и о бизнесе с виртуальными валютами.

31 октября 2008 года, в разгар финансового кризиса, некто Сатоси Накамото обнародовал свою концепцию новой виртуальной валюты. С этого момента все гадают, кто скрывается под этим псевдонимом. Накамото разработал программу, с помощью которой, производя на компьютере сложные математические вычисления, можно добывать биткоины. Процесс их добычи, или «майнинга» становится все более трудозатратным, с увеличением количества биткоинов в обращении требования к вычислительным мощностям возрастают. Запасы виртуального сырья в какой-то момент истощатся: Накамото ограничил общую эмиссию биткоинов суммой 21 миллион.

Биткоины можно перечислять с компьютера на компьютер – дешево, анонимно и, как утверждается, совершенно безопасно, что гарантируется сложным криптографическим процессом. Никто не сможет выяснить, кем был произведен какой-то конкретный платеж. Курс валюты формируется исключительно на основании спроса и предложения, ни один центральный орган, ни одно правительство, ни один центробанк не смогут вмешаться, если биткоин обесценится.

Поначалу добычей биткоинов занималось небольшое, как бы заговорщицкое сообщество. Вскоре последовал период, который журналисты Майкл Кейзи и Пол Вигна в своей книге «Криптовалюта. Как виртуальные деньги изменяют наше общество» называют «годами Дикого Запада»: хакеры получали доступ к биткоин-площадкам, наркодилеры использовали анонимную валюту для своего бизнеса, а спекулянты провоцировали безумные взлеты курса, за которыми следовали обвалы. Репутация была подорвана.

Однако потом незаметно для широкой общественности биткоин открыли для себя старт-аперы и венчурные инвесторы. Криптовалюта имеет потенциал, достаточный не только для модернизации финансовой системы, но и для того, чтобы произвести настоящий переворот. Она может стать глобальным стандартом, положить конец дорогому, неэффективному мельтешению национальных валют. И она представляет собой беспрецедентно экономичное средство обмена.

Некоторое время назад Марк Андрессен написал колонку для газеты The New York Times, в которой назвал криптовалюту серьезным прорывом в информатике, сопоставимым с персональным компьютером в 1975 году и с интернетом в 1993-м. Цифровому миру необходима собственная, созданная специально под него финансовая система – так в Кремниевой долине считают многие.

Эксперты по технологиям в Кремниевой долине с энтузиазмом оценивают колоссальные возможности, которые дают программируемые деньги. В частности, биткоины можно дробить на сколь угодно малые части. Это позволяет осуществлять микроплатежи, например, перечислить в биткоинах эквивалент 50 центов за доступ к статье или 20 центов за просмотр короткого видеосюжета. До сих пор, несмотря на усилия многих, ни одной из систем микрооплаты в интернете не удалось завоевать любовь масс. Кроме того, сторонники биткоина говорят о больших возможностях для миллиардов людей в странах с переходной экономикой и в развивающихся странах, которым традиционные банковские услуги недоступны в силу дороговизны или недостаточно развитой инфраструктуры…

На поиске таких ниш специализируется, в частности, Йорг фон Минквиц. Прорывом стал сервис All4btc, суть которого в том, что держатели биткоинов получили возможность расплачиваться ими в интернет-магазинах, таких как Amazon, eBay или Alibaba. Сегодня совокупный оборот стартапов, принадлежащих Минквицу и его партнерам, таких как All4btc и Bitwala, 5–10 млн евро в год. Это обеспечивает им солидный доход.

Впрочем, фанаты биткоинов в Кремниевой долине мыслят другими масштабами. Andreessen Horwitz один инвестировал 50 млн долларов только в крупнейшую на сегодня биткоин-площадку Conbase. Ее основатель, 27-летний Фред Эрзам, ранее занимался торговлей валютой в инвестиционном банке Goldman Sachs. Многочисленные проблемы и преграды в сфере международного платежного оборота приводили его в отчаяние. И потому в биткоине он видит «важнейшую технологию на ближайшие 15 лет», закладывающую фундамент самостоятельной интернет-экономики. Финансовые услуги, убежден он, в будущем «станут чисто софтверным вопросом».

В Кремниевой долине многие пытаются создать приложение-сенсацию, которое сделает биткоин массовым платежным средством. Что должно уметь такое приложение? «Это как если бы человека в 1992 году спросили, как интернет изменит обмен данными, – смеется Эрзам. – О таких сервисах, как Uber и eBay, тогда никто не мог и помыслить».

В основе биткоина лежит принцип передачи правообладания, представляющий большой интерес и для классической финансовой индустрии. Важно, что его применение не ограничивается деньгами и может быть распространено на другие активы: акции, облигации, объекты недвижимости, вообще любые материальные ценности. Чудесный механизм, который, по мнению не склонных к эмоциям банкиров, может произвести революцию в мире финансов, получил название blockchain, или «цепочка блоков транзакций». Как только биткоин меняет владельца, например, при легком прикосновении к экрану смартфона, в анналах вычислительной памяти к практически бесконечной цепочке программного кода дописываются новые звенья. Получается своего рода кадастр, в защищенной форме фиксирующий время и участников каждой транзакции, в ходе которой биткоины мигрируют из одного цифрового кошелька в другой. Такой кадастр со всей информацией в идентичном виде сохраняется на всех компьютерах, участвующих в биткоин-торговле. Каждая новая сделка осуществляется только при условии, что биткоин-сеть посредством алгоритма подтвердит ее легитимность. Это исключает повторное использование одного и того же биткоина кем-то из участников рынка.

Цепочка блоков транзакций вполне могла бы стать технологией заключения договоров, при которой наличие у сторон необходимых предпосылок возможно без участия третьих лиц или регистрирующих органов. И тогда не понадобятся ни нотариусы для купли недвижимости, ни клиринговые палаты для торговли ценными бумагами.

Кроме того, цепочка блоков позволяет предусматривать в договорах автоматические санкции на случай определенных нарушений. Например, если покупатель автомобиля задерживает платеж по кредиту, это регистрируется в договоре, заключенном в электронной форме, и пользование кредитным автомобилем автоматически блокируется.

Для финансовых концернов цепочка блоков транзакций – это и угроза, и вместе с тем шанс. Даже при обычных мобильных платежах они рискуют оказаться в роли технического исполнителя и отойти на второй план. Если же появится возможность децентрализованной передачи права собственности на «обычные» валюты, акции, облигации и даже самые сложные деривативы, чем будут заниматься банки? С другой стороны, новая технология дает самим банкам возможность решить одну из главных проблем, сократив издержки. Santander, лидер испанского финансового рынка, полагает, что блокчейн-технологии помогут банкам до 2022 года выйти на ежегодную экономию в 15–20 млрд евро. «Банки останутся в плюсе, если они выберут открытость и станут частью экосистемы, которую создает финансовый мир завтрашнего дня», – говорит ИТ-директор банка UBS Оливер Бусманн. В 2013 году он пришел в финансовую отрасль из софтверного концерна SAP, чтобы подготовить крупнейший швейцарский банк к грядущим переменам. «Финансовый институт, который уже сегодня поймет, как использовать цепочку блоков транзакций, много выиграет», – убежден он. Возможно, когда-нибудь это даже позволит банкам резервировать меньше капитала для страхования рисков.

Пуристы в рядах финтех-стартаперов опасаются, что банки поставят блокчейн-технологию на службу своим интересам, чтобы сохранить власть. Однако это противоречит идее децентрализованного финансового мира. Биткоин-идеологи хотят, чтобы потребность в банках и центробанках отпала. Они мечтают о разгосударствлении денег, к которому нобелевский лауреат в области экономики Фридрих Август Хайек призвал еще в 1976 году. Хайек предложил перейти к свободной конкуренции частных валют: более «качественные» деньги должны выиграть в этой борьбе, менее «качественные» – кануть в Лету.

Безгосударственное общество – об этом мечтала небольшая группа компьютерщиков-анархистов, создавшая биткоин. В Кремниевой долине идеология либертарианства получила широкое распространение. Криптовалюта, независимая от центробанков и попыток регулирования, в их глазах – большой шаг к воплощению такой политической концепции.

Тем временем такие специалисты, как профессор Гарварда Кеннет Рогофф и член экспертного совета при правительстве ФРГ Петер Бофингер, напротив, призывают отменить наличные, чтобы усилить влияние центробанков. Продолжающиеся много лет попытки американцев и европейцев простимулировать экономику посредством беспрецедентно низких учетных ставок оказываются не слишком результативными. Не будь наличных, эмиссионные банки имели бы возможность вводить карательные проценты, вынуждающие граждан наращивать потребление. «Но пока население может уйти в наличность, негативная процентная ставка мало что даст», – объясняет главный экономист Citygroup Буитер. Вместо того чтобы тратить, люди положат деньги под подушку и станут ждать дальнейшего падения цен.

Однако граждане не хотят, чтобы их сбережения обесценивались. И потому – о чудо! – интересы консервативных приверженцев наличных денег и верящих в прогресс поклонников биткоина встречаются. И те, и другие хотят сохранить свободу, не зависеть от контроля и произвола со стороны государств и правительств.

Но какая из технологий, какая идеология в конечном итоге одержит верх? Вероятно, финансовая система будущего сформируется из множества элементов: это и платежные системы интернет-концернов, и приложения финтех-стартапов на базе банковской инфраструктуры, и криптовалюты, такие как биткоин.

Оплата как самостоятельный акт уйдет в прошлое, предрекает директор и основатель стартапа Figo Андре Бажора: «Мы все чаще будем расплачиваться в рамках процессов». Покупатель будет проходить идентификацию через свой смартфон при входе в супермаркет, товар – автоматически сканироваться, попадая в тележку. А на выходе спишется сумма чека.

Но для того чтобы обходиться без наличных денег и банковских карт, чтобы даже не прикасаться к мобильнику, чтобы все происходило автоматически, люди должны быть готовы предоставить вычислительным машинам право распоряжаться своими деньгами, а интернет-концернам – всеми своими данными. «Покупательские решения принимаются все быстрее и бездумнее», – сокрушается критик финансовых рынков Фогль. Он предупреждает об опасности выведения «идеального экономического субъекта – потребителя».

И тем не менее, похоже, мир, в котором не будет наличности, – это лишь вопрос времени. Едва ли мечтам иных сетевых утопистов суждено сбыться и обыкновенные валюты исчезнут. Возможно, однажды эмиссионные банки станут имитировать собственные виртуальные деньги, и тогда «революции снизу» будет противопоставлена «революция сверху». Это дополнительно усилит позиции центробанков. Впрочем, свое слово должны будут сказать и потребители. Какая из форм денег покажется им более надежной, решать людям. Деньги могут быть виртуальными, доверие – нет.

Profile.ru