На прошедшей в декабре 2019 года 25-й юбилейной выставке bakutel было организовано закрытое мероприятие в формате бизнес-диалога, участие в котором принял специальный гость выставки — редакционный директор журнала Forbes Russia Николай Усков. Одной из тем, затронутых на этой встрече, стало обсуждение вопросов будущего традиционных СМИ на фоне развития социальных сетей. Ее мы и постарались развить в интервью с Николаем.

— Первые вопросы хотелось бы задать по поводу вашего приезда в Баку. Что вы намеревались донести до участников мероприятия в рамках bakutel 2019? И почему решили начать знакомство с нашим рынком через телекоммуникационную выставку?

— Для российского рынка Азербайджан очень интересен. Мы выросли в одной культуре, смотрели одни фильмы, читали одни книги. Налажены тысячи связей. В России и в Москве в частности очень влиятельная азербайджанская диаспора. Многие азербайджанцы являются крупными российскими бизнесменами, входят в список Forbes. Мне, как представителю этого издания, было бы очень интересно в будущем провести какое-нибудь большое мероприятие для российского и азербайджанского бизнеса. Может быть даже региональное мероприятие, так как Азербайджан расположен в очень важном стратегическом транспортном и культурном регионе. Это страна с огромным туристическим потенциалом, с огромным потенциалом для диверсификации экономики. Здесь есть как перспективы для развития сельского хозяйства, так и для цифровой экономики. Это страна, где сегодня традиционный нефтегазовый сектор начинает уступать место инновационным решениям, и это страна, которая расположена очень близко к России и которая, как мне кажется, недооценена во многом.

По поводу моего участия на bakutel, а не любой другой выставке, то это простое совпадение. Но тем не менее, сегодня телеком, как мне кажется, это не только сами телекоммуникационные компании. Многие предприятия из различных сфер сейчас становятся драйверами цифровой трансформации. Так происходит в России и так происходит во многих странах мира. Это своеобразный срез новой экономики, который интересен тем, что люди, не обладающие ресурсами для открытия бизнеса, могут в нем реализоваться. Например, нефтегазовая отрасль — это достаточно ресурсоемкая отрасль. Здесь очень высокий порог входа. Ты должен соответствовать определенным условиям, для того чтобы работать на этом рынке. Что касается телекоммуникаций и новых технологий, то здесь входной билет совсем другой. Два молодых человека сегодня могут, сидя в любом городе, создать многомиллиардный бизнес, просто, буквально, на коленках. Поэтому bakutel мне интересна с точки зрения связи с новой экономикой.

— Тогда, если мы уже затронули тему цифровизации, давайте поговорим о цифре в журналистике. Вы неоднократно в своих интервью подчеркивали, что вы видите Forbes цифровым. Что подразумевается под этим?

— Цифровизация — это новая реальность. Но я не считаю, что печатные издания полностью исчезнут. Он останутся и, я думаю, что правильнее было бы говорить про мультиплатформенность современных медиа. Мы работаем на всех платформах, которые новые технологии нам подарили. Это могут быть Telegram- или Youtube-каналы, это могут быть наши аккаунты в социальных сетях, это может быть сайт издания. Я бы даже так сформулировал мысль: Цифровизация — это мультиплатформенное мышление, когда ты работаешь в разных средах, не ограничиваясь только одним носителем, как это было прежде, когда у нас была только бумага. Хочу подчеркнуть, что сегодня существует море платформ, а в ближайшее время наверняка появятся еще какие-нибудь. И везде существуют свои правила, везде есть своя аудитория, свои технологии доставки контента, свои привычки изучения этого контента и его распространения. Конечно же, это усложняет нашу работу, делает ее очень разнообразной по содержанию, по стратегии, по наполнению. Но это и есть реальность цифровой журналистики.

— А как выровнять ситуацию в этой реальности в случае, например, если ежемесячный журнал проходит все стадии редактуры, корректуры и согласования, макетов, а цифровая журналистика подразумевает то, что ты стал свидетелем какого-то события, написал две-три строчки и «бросил» это в интернет. Масса информации, в том числе и фейковой, расходится без особой проверки…

— В Forbes есть определенные ограничения. Конечно, над статьями в журнале, над серьезными расследованиями мы по-прежнему работаем долго. Там очень сложная процедура, там действительно все перепроверяется неоднократно. Но и в интернете мы стараемся все-таки не быть новостным ресурсом, а, скорее аналитическим. Да, наверное, там выходит не такая глубокая аналитика, которую мы можем подготовить, когда у нас есть на это целый месяц, но у нас есть определенные стандарты, ниже которых мы не опускаемся.

— А если не проецировать этот вопрос только на Forbes?

— Вообще, это конечно беда для серьезной журналистики. Конечно, социальные сети, прежде всего, ориентируют на эмоциональность, на краткость, на моментальность и очень часто именно они становятся привлекательной средой для распространения фейковых новостей. Но опять-таки я считаю, что серьезные средства массовой информации должны использовать инструментарии, которые предоставляют социальные сети. Необходимо понимать, что их, прежде всего, ценят за аутентичность информации, за серьезность высказываний. В долговременной перспективе, если очень заиграться с социальными сетями, можно потерять основную доверенную аудиторию. Поэтому нужно использовать возможности новых инструментов распространения контента, но при этом следить за своим стандартом. Я полагаю, что бум легковесной журналистики рано или поздно пройдет. Просто сейчас люди еще не адаптировались к социальным сетям и еще не научились отфильтровывать важный контент от неважного. И наша функция, а это во многом функция всех серьезных средств массовой информации, — быть таким фильтром. Мы должны показывать, что, допустим, эта повестка дня актуальна, она важна, интересна, это проверенная информация, а это — информационный шлак, на который не нужно тратить время.

— В любом случае существование печатного издания без цифры сейчас уже невозможно?

— Ну почему же? Возможно! Печатная версия журнала имеет большое значение для бизнеса Forbes. Это большой журнал, который до сих пор прекрасно расходится. Есть бренды, которые переживут любую цифровизацию. И таких на наш век хватит. Нужно понимать, что цифровизация — это век новой реальности наших читателей, нашей аудитории и в том числе нас самих. Поэтому, если ты сам как журналист 90% информации получаешь из Сети, почему ты продолжаешь делать вид, что все читают только журнал?

— И заключительный вопрос. Те сотрудники Forbes, которые работают непосредственно со статьями, сами занимаются их распространением в социальных сетях или для этого у вас создан специальный отдел?

— Да, у нас есть специальный отдел, но я бы сказал, что сегодня плохо работают все стратегии. Как плохо работает стратегия полного вовлечения редакции печатного издания в цифру, так плохо работает и стратегия создания отдельного подразделения. Мне кажется, что это длительный процесс. Просто журналисты сегодня живут на разных платформах. Но наши журналисты начинают постепенно адаптироваться. Я не могу сказать, что они с той же степенью интенсивности, как в журнале, пишут материалы для сайта. Вполне вероятно, что их функции, возможно, и не заключаются в том, чтобы обеспечивать достойный уровень качества цифровой версии. Они часто выступают в качестве, скорее, не корреспондентов, а редакторов, которые следят за уровнем подачи информации, а не за самой информацией. А это сложный процесс. У работников печатных изданий всегда будут проблемы в адаптации, но нужно меняться. Ведь жизнь меняется.